 |
Программа презентации литературного сборника "Причал души". 16 мая 2026 г.
- Информация о материале
- Просмотров: 76
16 мая наш семинар собрался на радостную встречу, чтобы поздравить друг друга с выходом первого выпуска литературного сборника "Причал души"
Предоставляем Вашему вниманию программу вечера.
Ведущие: Светлана Рыбакова и Алина Сергейчук
Алина: Здравствуйте, дорогие друзья, дорогие единомышленники! Как, если не единомышленниками, можно назвать людей, которые в наше стремительно цифровизирующееся время днем в субботу собрались на праздник книги? Сердечно благодарим вас за это! Надеемся, что на нашем литературном собрании вашему уму будет интересно, а душе – тепло и светло. Мы сердечно благодарим Синодальную библиотеку, ее руководителя игумена Дионисия и коллектив за поддержку в проведении этой встречи и литературного семинара «Андреевский причал», из которого она выросла.
Позвольте представиться. Вести наш праздник книги будет замечательный писатель и публицист, член Союза писателей России Светлана Рыбакова.
Светлана: и поэт, писатель, журналист Алина Сергейчук.
Так совпало, что сегодня, 16 мая, празднуется День биографов – неофициальный международный праздник, посвящённый авторам жизнеописаний, а совсем скоро, 24 мая, мы будем отмечать День славянской письменности и культуры, приуроченный ко дню памяти святых равноапостольных братьев Кирилла и Мефодия – создателей славянской азбуки. Первые русские книги были книгами церковными, светская литература выросла из духовной. Гений русской словесности, Александр Сергеевич Пушкин, написал однажды: «Мы обязаны монахам нашей историей, следственно и просвещением».
Знаменательно, что литературный семинар, который существует уже 5 лет, находится под молитвенным покровом Андреевского монастыря, в Синодальной библиотеке, приветливо открывший свои двери современным писателям и поэтам. Ведь у монастыря и православных литераторов общая сверхзадача: нести людям Свет Христов. Только братия поддерживает мир своими молитвами, а христианские писатели стараются отразить на страницах своих книг красоту жизни во Христе.
Алина: Думается, что подлинное творчество, созидательное и вдохновенное – это всегда соработничество с Богом. Сегодня мы хотим рассказать вам о небольшом творческом семинаре «Андреевский причал». Писатели и поэты раз в месяц собираются вместе, читают и обсуждают свои произведения, советуются – по слову Псалтири: «Се что добро или что красно, но еже житии братии вкупе».
Светлана: В первый раз нас собралось совсем немного, для руководства семинаром я, как ответственный секретарь, решила пригласить в руководители известного критика и поэта Людмилу Геннадьевну Вязмитинову и преподавателя Литинститута Светлану Владимировну Молчанову.
Светлана Владимировна – кандидат искусствоведения, доцент Литературного института имени Максима Горького, член Союза писателей России, литературовед, критик, теоретик и историк литературы, супруга священника Николо-Архангельского храма отца Александра Козырева. В моих первых очерках она увидела будущего писателя, по ее рекомендации я решила поступить в Литинститут. Светлана Владимировна в своё время работала с молодыми драматургами и критиками в творческих семинарах Литературного института. Духовный, точный взгляд Светланы Владимировны так важен для современных писателей ещё и потому, что она как жена священника, как матушка, даёт верные духовные оценки литературных произведений и культурных явлений.
С Людмилой Вязьмитиновой мы дружили много лет. И я как человек, немного дистанцирующийся от иногда эпатажной литературной жизни, даже не догадывалась, что Людмила не только известный поэт, но и глубоко уважаемый в литературном сообществе критик, хотя и осознавала ценность ее советов мне как автору. А еще я видела ее сокровенную жизнь, например, как она помогает в трапезной одного из московских храмов, знала, что она очень честный, порядочный и прямолинейный человек. Людмила на все литературные мероприятия ходила с покрытой головой: в шапочке-сетке или панаме с небольшими полями. Для меня это был нормальный вид для верующей женщины, а в литературном мире ее называли «критик в шапочке». О том, что я дружила с «подвижником русской словесности», талантливым исследователем, до конца преданным литературе, я узнала, когда Людмила ушла в мир иной, скончавшись от индийского штамма ковида.
На похоронах Людмилы мы познакомились с писателем Ириной Николаевной Ордынской, дружившей с почившей. Мы слышали от Людмилы друг о друге, но встретились только при таких трагических обстоятельствах. И нам подумалось, что это Людмила нас познакомила. Вскоре Ирина стала творческим руководителем нашего семинара. Думаю, что Ирину Ордынскую читают и знают многие наши гости. Она прозаик, драматург, публицист, сценарист. Член Союза писателей России, Союза журналистов России и Национальной ассоциации драматургов. Главный редактор журнала-библиотеки «Эхо Бога». Организатор Международного конкурса современной духовной художественной литературы «Молитва». Победитель и лауреат более двадцати Международных и Всероссийских литературных премий и конкурсов. Дважды награждена «Золотым Витязем» (2014 и 2017 годах). Принимала участие в работе над документальными фильмами «Новомученники» и «Матрона Московская». Автор восьми пьес, сценариев, шестнадцати книг прозы, часть из которых выходила за рубежом. В том числе автор книг в серии ЖЗЛ «Святая царская семья» и «Матрона Московская».
Алина: Встречи нашего семинара привлекли православных, искренне любящих Россию писателей. В минувшем 2025 году его участники выпустили небольшой альманах «Причал души». И мы решили представить вам этот сборник и его авторов. Хотя бы тех, кто смог прийти сегодня на презентацию нашей книги.
Светлана: Знаменательно, что литературный семинар находится под молитвенным покровом Андреевского монастыря, в Синодальной библиотеке, приветливо открывший свои двери современным писателям и поэтам. Ведь у монастыря и православных литераторов общая сверхзадача: нести людям Свет Христов. Только братия поддерживает мир своими молитвами, а христианские писатели стараются отразить на страницах своих книг красоту жизни во Христе.
Алина: В нашем сборнике мы поместили стихи не только участников семинара. Есть два автора, которые несут очень высокое служение и не бывают у нас, но любезно согласились предоставить для публикации в сборнике свои стихи. Первый из них – известный в православном мире священник, неутомимый проповедник, поэт – настоятель храма Живоначальной Троицы на Шаболовке протоиерей Артемий Владимиров.
Прочту одно из его стихотворений, опубликованных в нашем сборнике. Кажется, оно отображает многое из того, о чем мы говорим: силу веры, присутствие Бога и значимость трудов
людей, которые сохраняют Подлинное.
ЗВЕНИГОРОДСКИЙ СПАС
Дощатая стена сарая,
Ногами стертое крыльцо.
Вдали собака глухо лает,
Скрипит телеги колесо.
Затих трезвон звенигородский,
Закрыли храм на Городке.
Иконостас пошел на доски,
И запустенье в алтаре.
Иконы бросили в сарае –
Зимой сгодятся на дрова.
Покуда в прятки там играла
Домов окрестных детвора.
Но вот ученые явились,
Едва ль не из самой Москвы.
В амбаре сельском и овине
Высматривали все углы.
И долго в дровяном сарае
Сидели, аж до полудня.
Ступень от входа отодрали,
Сказав, что им она нужна.
Под ночь в столицу укатили,
Прощенья у сельчан прося.
Зачем их только и пустили?
Впредь принимать таких нельзя!
************
Взирает на меня в тиши музейной
С иконы оголенной «Русский Спас».
Я перед ней застыл с благоговейньем.
Надставлена доска, опал левкас.
Навек исчезли мягкие оплечья,
Изгибы рук, и в них Благая Весть.
Столетья – не вина утрат. Увечья
Нанесены людьми. Сапог не счесть,
Рублевский образ втаптывавших в землю.
Но сохранился дивный Спасов лик!
Так некогда под масличною сенью
Христос к земле за род людской приник
В молитве, созерцая скорби чашу.
Но торжеством победы дышит взор
Того, Кто, в плоть и кровь облекшись наши,
Голгофы крестный претерпел позор,
Путь пролагая людям к вечной жизни.
Лик светится. Глубокие глаза
Исполнены любви, не укоризны.
Снисходят долу янтарем власа.
«Когда пробьет последний час природы,
Состав частей разрушится земных:
Всё зримое опять покроют воды,
И ЭТОТ лик отобразится в них!»
Светлана: еще один дорогой гость нашего издания – замечательный фронтовой поэт Станислав Ведеринцев. Его без преувеличения можно назвать современным Твардовским. Такие пронзительные стихи может написать только тот, кто сам прошел – и проходит бои, в ежесекундной опасности – и проживает все это с верой, с молитвой, упованием на Бога. О нашем защитнике, участнике и ветеране боевых действий, защищающем Русский мир и православие в Войсках Национальной Гвардии в зоне СВО расскажет руководитель нашего семинара Ирина Ордынская, которая лично с ним знакома.
Андрюха
Мы познакомились с Андрюхой,
Когда шагали за бронёй
По "бэхе" вскользь шмальнули "мухой".
И он закрыл меня собой.
На этот раз остались живы.
Глубокий спас меня кювет
И рук его стальные жилы,
В которых опыт прошлых лет.
Потом был бой. Огонь повсюду.
Свистел свинец со всех сторон.
Сейчас считать уже не буду
Ушедших к Богу на поклон
Тогда, Андрюха после боя,
Меня похлопав по плечу,
Сказал: " Не дрефь, жить будешь, воин.
Вон видишь Храм, поставь свечу..."
Я покурил, рукой дрожащей
Плевком окурок погасил.
В храм с виду душу леденящий
Поплёлся из последних сил.
Где свечку ставить? Гарь да копоть.
Сквозь купол видно небеса!
Андрюха взял меня за локоть:
Подвёл, где были Образа.
И молвил шепотом спаситель:
Пойми одно, неважно где...
Ты тоже Господа обитель,
Коль поселился Он в тебе.
Сначала всё казалось странным.
Дошло немного погодя.
Христа Апостол Первозванный —
Андрей сберёг тогда меня.
Мы познакомились с Андрюхой,
Когда шагали за бронёй.
Самим Святым, наверно, Духом
Был послан мне спаситель мой!
Потом нас разбросало время,
Но каждый раз, как грянет бой:
Иду в атаку не робея,
Ведь мой Господь — всегда со мной.
***
"Устала, сестричка? Пойди, отдохни.
А я подежурю пока что, родная".
Намаялась, птаха, в последние дни.
Везут и везут. Ни конца нам, ни края...
Порхает, как птица, усталость забыв.
Щебечет над нами, кружится и вьётся.
А сердце у птахи — уже на разрыв,
Так часто и громко, разбитое бьётся.
Она же душою своей прожила,
Совсем не её — материнскую долю,
И также рыдала, как чья-то жена,
Услышав сквозь хрипы предсмертную волю.
А сколько, израненных клятой войной,
Она с того света порой возвращала?
Как ангел-хранитель — небесный святой,
Голубкою белой над нами летала.
Увы, я не помню ни имя её,
Ни образ в туманном сознанье размытый.
Лишь Господу Богу молюсь за неё
За то, что живой, а не в землю зарытый.
***
Запекалась душа на войне
Раскалённою добела печью.
В поглощающем судьбы огне
Выжигалась вся суть человечья.
Добродетель горя изнутри,
Покрывалась обугленной коркой,
А от жалости только угли
Оставались насыпанной горкой.
От надежды лишь чёрная гарь
Плотным слоем на сердце лежала.
И войны прокопчённая марь
Едким дымом любовь отравляла.
Только вера спасала меня!
Благодатным дождём проливала,
Душу жгущее, пламя огня,
Что меня озвереть заставляло.
Светлана: А теперь пришло время прочесть свои стихи нашей Алине, моей соведущей, одной из самых активных участниц нашего семинара. Её стихи полны глубоких религиозных переживаний, любви и нежности к святым, к святыням, к тихим уголкам родной страны. Есть у нее и проза: рассказы и конечно, историческая повесть «Странствие Орфея» о святой мученице Иулии Карфагенской.
Алина: благодарю! Трудно выбрать стихи для выступления: хочется поделиться очень многим. Но поскольку тема нашего собрания – слово, прочту стихотворение:
Музыка речи
Музыка чужого языка сладковата, вычурна, звонка,
В ней поет чуть пряный летний ветер, -
Пьяный ветер, шоколадный вечер,
Южный зной и холод родника.
Музыку родного языка
Ты расслышь, попробуй, в гвалте мира
Коль расслышишь — запоешь, как лира,
Не сумеешь — будет все тоска.
Мы с Вами собрались здесь Великим постом, в преддверии Крестопоклонной седмицы. Поэтому прочту одно из главных для меня своих стихотворений:
Крестный путь
За гробом шествуя Христа,
Хороним Бога, и уста
Привычно тянут «Святый Боже».
Так понесут меня и вас,
И будет близким горек час –
У всех все схоже.
Границы неба и земли
Привычно стерты, но внемли:
Разверсто небо.
Мы «Святый Боже» возгласим –
А Он лежит наг, недвижИм,
Как будто не был
Он Чудотворцем и Врачом.
Тупым истерзан палачом,
Распято тело.
Мы «Святый Крепкий» воспоем...
Вот хор прошествовал в проем,
На паперть вышли.
Он – «Святый Крепкий», но лежит
Оплеван, мучен и убит –
«Святый Бессмертный»!
Он здесь, и смерть побеждена,
Ликует яркая весна –
Но сколько боли!
Воскреснет. «Радуйтесь!» - завет.
Но облегченья тягот нет
В земной юдоли!
Круговорот времен и дней:
То пост, то Пасха, сколько в ней
Надежды вечной…
Но будни властной чередой
Ведут через печалей строй,
И нет беспечных.
Бог вечно прав и вечно свят,
Но Он Господь нам, а не брат,
Отец Небесный.
Иная мера у Него,
И путь пасхальный оттого
Всё тот же – крестный.
У каждого свой крест, свой путь, свое служение. Есть люди, чей путь к Богу стал светоносным для родной страны на века вперед. Одному из таких подвижников посвящено мое следующее стихотворение. Чтобы все в нем было понятно, позволю себе небольшое пояснение. Святой схимонах Александр Пересвет, благословленный на Куликовскую битву преподобным Сергием Радонежским, шел на бой с сердечной молитвой – для этого его и послал туда авва Сергий. Монгольский богатырь Челубей владел тайным оккультным искусством – говоря по-простому, ему помогали бесы, из-за чего его никто не мог победить. Схимник должен был победить его в первую очередь духовно – отогнать этих бесов. Может быть, вы помните, что Пересвет шел в бой без кольчуге – и этому тоже была причина. У Челубея, который отличался огромным ростом, было очень длинное копье, а у Пересвета - обычное. Если бы они сшиблись в бою, и Пересвет был в кольчуге – копье противника, скорее всего, выбросило бы его из седла, в то время, как сам он не достал бы Челубея. Но поскольку схимник был без кольчуги – копье пробило его насквозь – но он смог по инерции доскакать до врага и нанести удар. Возможно ли такое? – А как возможны подвиги святых мучеников, которые под неимоверными пытками связно говорили о Боге? Такую силу дает благодать Божия, самоотвержение и сердечная молитва. Схимонах Александр Пересвет потому и прославлен как преподобномученик, что шел на этот бой как на крест. Итак, стихотворение.
Пересвет
А старый воин
В бою спокоен,
Хранит молитву
В жестокой битве.
Не Ярославны
Плач над Путивлем:
Над всею Русью
Седые крылья
Беды жестокой.
Порой осенней
Выходит схимник
На бой последний.
Благословенье
Дал авва Сергий
И послушанье –
Его призванье.
Последний бой. Казалось, не держать
Копья в дэруке, когда совсем иное
Царит в душе: надмирного покоя
Её уже коснулась благодать.
Но Бог призвал. Залита кровью Русь.
Мамай ведёт полки, и над Непрядвой
Хлопочут в страхе лебеди и кряквы,
Летит, крича, конём испуган, гусь.
Кольчугой стала схима, и клобук
Заменит шлем в жестоком поединке.
Враг дышит злобой, ты – Христом единым,
Господне имя – словно крепкий лук.
Оно отгонит чары сатаны,
И станет человеческою сила
Врага. Вскричат: «Христе, помилуй»
И вдохновятся русские сыны.
Русь победит, и снова станет жить
Свободно. Ты врага убьёшь – без гнева.
Но платой станет жизнь. Святое дело
Нельзя ценою малою свершить.
Копьё удержит,
Смертельно ранен
И победит он
На поле брани.
Светлана: Благодарим, Алина!
А теперь послушаем писателя Светлану Бондареву. Она много лет посвятила театру. В 2007 году окончила Литературный институт имени А. М. Горького (семинар профессора Михаила Петровича Лобанова). А в 2008 году удостоилась звания лауреата Международного литературного конкурса детской и юношеской литературы имени С. В. Михалкова и диплома Гильдии книжников. В 2010 году вошла в Лонг-лист Международной детской литературной премии имени В.П. Крапивина и стала лучшим прозаиком журнала «Бельские просторы». В 2011 году вошла в список финалистов IV Международного конкурса детской и юношеской художественной и научно-популярной литературы им. А.Н. Толстого. В 2012 году вошла в список лучших авторов Всероссийского конкурса короткого рассказа имени В.М. Шукшина «Светлые души», а так же имени А.Чехова «Святая простота». В 2024 году получила золотой диплом литературного форума «Золотой Витязь».
Много лет живет в Москве и продолжает создавать свои литературные произведения.
(Светлана заболела, не смогла выступить, но мы представляем ее рассказ)
Святой это Святой!»
До защиты дипломной работы было еще далеко, а весенняя сессия 5 курса приближалась молниеносно. Необходимо было писать и сдавать курсовые работы, а я лежу калошей с жуткой мигренью. Поднимаюсь, вспомнив очередной свой грех записываю в тетрадку, которую назвала дневник ошибок жизни, и обратно ложусь в полном бессилии. Так продолжается весь Великий пост. Не могу даже дойти до храма поисповедоваться. Вспоминаю рассказ мамы о том, как она бросила Томский университет, из-за мигрени, начинаю подумывать, может быть, проживу без литературного института?.. Меня тут же охватывает уныние. За пять лет прикипела к институту и ко всем друзьям и преподавателям, а взять академический отпуск мне не приходит на ум. Значит на то Воля Божия…»- подумала я, и заснула. Проспала несколько суток подряд, и вдруг, проснулась, оторвала голову от подушки, попыталась подняться. Раннее утро, тишина, от растерянности бросилась собираться, самое необходимое положила в сумку, самое главное не забыть дневник ошибок, который вела, в надежде попасть на исповедь, тихонько, на цыпочках вышла из квартиры, домашние еще спали мирным сном, а я на цыпочках вышла из квартиры и отправилась к автобусу, уходящему в монастырь «Оптина пустынь». С осени, как только прочла книгу «Красная Пасха», написанную оновомученниках, хотела туда попасть, если бы не болезнь, смогла бы уже съездить. Книга произвела на меня огромное впечатление, порой казалось реально есть в Москве люди служившие силам зла, вспомнила роман Федора Соллогуба «Мелкий бес», и подумала: «прошло сто лет с тех пор ничего не изменилось, но все-таки подвиг новомучеников сиял с необычайной силой, казалось затмевал все зло земное, их молитву почувствовала, как только приехала и зашла в часовню к ним. Какие они удивительные люди! Они, ведь мое поколение, а совершили такой подвиг! Уже в дороге вспоминала в подробностях всю книгу, мигрень стала отходить, за окном пахло весной. Природа просыпалась. Я буквально долетела до Калуги, а потом до Козельска, а там до Оптиной пустыни рукой подать. Кто-то торопился и выходил у замерзшей реки Жиздры, чтобы быстрее напрямую попасть в монастырь, но я не стала рисковать – в апреле лед опасный, как будто Ангел мне подсказывал. Не стала суетиться. Доехала до Козельска, а там пересела на местный автобус, и через десять минут вышла на шоссе, перешла дорогу, и оказалась в густом лесу с вековыми соснами стрелами, уходящие в небо, и сразу пахнула на меня благодатью благословенной Оптины, и я поняла почему некоторые так спешили скорей выйти у реки, хотели быстрей попасть в эту красоту и умиротворение. У ворот монастыря подсказали гостиницу, а в ней определили, как трудницу. На следующее утро я уже мыла посуду в тазике с теплой водой и горчицей, и забыла про все болезни. Опыт мыть посуду в мисках у меня с детства, а вот с горчицей и непрестанно говорящей напарницей впервые. Я задумалась и решила потерпеть и помолчать, но к вечеру пришлось поднять дневник ошибок. Раньше могла принять все это за неадекватность попутчиков, а теперь надо посмотреть на себя любимую и записала жирным шрифтом в тетради – осуждение. На следующий день меня перевели на другое послушание – чистку картофеля. Видимо жирный шрифт был на лбу бегущей строкой. Но я не огорчилась, с радостью перешла на другой труд. В комнате мы оказались вдвоем с приятной интеллигентной женщиной, рядом с нами было два мешка картошки и огромная ванная с водой. Старшая привела меня и дала нож фартук показала на табурет и ушла. Сначала мы усердно чистили, а потом Валентина Ивановна, так звали женщину, показала свои пальцы и сказала: «Я уже ничего не чувствую. Каждый день начищаю по целой ванной картошки». Тогда я спросила: «Вам никто не помогал до меня?»
- Нет помогали, но каждый день менялись, а я уже две недели здесь.. Но я тоже скоро уеду, соберут денег, и уеду. Я за сыном приехала. Удрал в Оптину, и ничего не сказал. Я убиваться начала: где он, что с ним. Потом написал как ни в чем ни бывало – я буду монахом. Вот я и приехала. Поговорила с батюшкой и поняла – Саша не вернется… Она чистила картошку черными стертыми пальцами и рассказывала свою судьбу. Я молчала, слушала и тоже чистила картошку. Подошло время обеда. К обеду мы начистили половину ванной. Я пошла в паломническую трапезную, а женщина в монастырскую. После обеда молилась, думала, бродила – знакомилась с монастырем, вспоминала рассказ женщины, и вдруг, увидела батюшку, необычного батюшку, к которому выстроилась очередь паломников, я тоже пристроилась в конце.
Внутренний голос подсказывал: «Святой это святой!» Очередь двигалась спокойно и поступательно. Каждый со своей болью подходил, что-то тихо рассказывал, брал благословение и отходил. Ураган мыслей меня охватил: «Что хочу спросить? Что меня волнует больше всего? Зачем я полуживая оторвалась от пастели и направилась сюда, рано утром села в автобус и приехала так далеко в это сокровенное место? Батюшка кротко с каждым общался, будто нес в своем сердце любовь к каждому человеку. Заранее никакой речи не готовила, но когда подошла моя очередь, спросила у него: «С таким трудом учусь, может оставить обучение?» А он сказал мне только одно слово: «Молись…» и благословил. Я отошла, и потоки слез хлынули из глаз. Немного побродила вокруг тех мест, где были убиты новомученники на Красную Пасху 1993 года. Сейчас думаю, что оплакивала свои грехи и опасность, что нависла надо мной в те годы. А потом вспомнились слова Гоголя, обращенные к монахам, молитвенникам монастыря:«Ради Самого Христа – молитесь обо мне, отец Филарет. Просите вашего достойного Настоятеля, просите всю братию, просите всех, кто у вас усерднее молиться- просите молитв обо мне…Господь силен, Милосердый, сделать все: и меня черного, как уголь, убелить и вознести до такой чистоты, до которой должен достигнуть писатель, дерзающий говорить о святом и прекрасном. Ради Самого Христа, молитесь.. Не может двинуться мое перо и силы мои не только ничтожны, но их и нет без освежения Свыше…» А это слова истинного русского гения! Как все связано в творчестве писателя, даже перо не двинется без помощи Божией…Вспомнила всех литераторов, кто бывал в этом необычайном месте. Начала успокаиваться, и ноги сами направились на послушание. Когда вернулась на послушание – продолжила чистить картофель. Женщине объяснила почему задержалась. Она все знала и рассказала мне: «Отец Илий долго болел, несколько месяцев подряд и первый день после болезни сегодня поднялся и вышел, А я вот сейчас узнала о горе, оказалось, одна женщина вышла из автобуса и двинулась напрямик через реку, сумку успела бросить на берег, а самою схватила река, она ушла под лед, напрасно спешила, вот лед и поглотил ее. Потом мы хотели попасть на святой источник, он находится в лесу и ходить на него по одиночке не благословляли. Взяли рубашки, благословились, и пошли вместе окунуться. Когда вышла из воды меня трясло, толи от холода, то ли от страха…На следующий день решила пойти на исповедь и затем причаститься, если благословят... Взяла свой дневник, но отца Илия утомлять не стала, ему надо было еще окрепнуть после продолжительной болезни. В пять часов утра колокольный перезвон разбудил нас. Мы быстро собрались и пошли на литургию. Я прихватила свой дневник, помолилась начало службы, а затем на исповедь велели перейти в другой храм. Там мощи всех старцев Оптинских. Помолилась им, и Господь мои стопы направил к отцу Александру, на которого обрушила все свои записи… Он оказался опытным духовником, выслушал все терпеливо, спросил сколько лет воцерковлена, понял, что я в самом начале своего пути. Рекомендовал уничтожить эти записи и больше никому не показывать, совершил надо мной молитву и благословил причащаться. Когда я приняла Святое Причастие, и служба подошла к концу, было около часа дня. Я удивилась – это была самая долгая служба в моей жизни! Но я была радостна, совсем не устала. Я уничтожила тетрадь, но видимо отец Александр снял с меня серьезный груз грехов. Отец Илий вымолил от опасности. Перед отъездом в тонком сне мне привиделись два Ангела: держали меня под руки, чтоб я не упала с какой-то колоссальной крутизны. Вдруг вспомнились слова Сергея Есенина: «Любимая! Сказать приятно мне: Я избежал паденья с кручи».
Неожиданно выпал весенний снег. Я села в автобус и всю дорогу до Москвы вспоминала слова Преподобного Амвросия Оптинского: «Жить — не тужить, никого не осуждать, никому не досаждать, и всем — мое почтение.» Повторяла их, как молитву.
Так Господь ответил мне зачем поднял меня с одра болезни и направил в это сокровенное место. Молилась по послушанию до конца учебы, все курсовые сдала, затем государственные экзамены, подготовила, и защитила дипломную работу Милостью Божией в здравии и терпении. Хотя испытания только начались, но после этой поездки мое внимание было сфокусировано на молитве и творчестве. По приезду в Москву Господь послал мне чудесного духовника – протоиерея Георгия (Бреева), который повел меня и провел между моими духовными и житейскими Сциллой и Харибдой. Он был моим духовником много-много лет, почти до 29 апреля 2020 года, первых месяцев пандемии, когда он ушел, а его наставления остались в моем сердце…В те, первые дни, когда видела батюшку на богослужениях, а голову его украшала необычно инкрустированная митра, я думала по не опытности, что передо мной настоящий епископ. Отец Георгий улыбался, как будто слышал мои мысли. Действительно он обладал необычайной прозорливостью. Но и сейчас, когда его не стало, в душе считаю его Преподобным. Такой чистоты, почти монашеской был наш батюшка, настоятель двух храмов Москвы, духовник многих и многих мирян и духовенства, так как даровал Господь ему необыкновенной силы молитву, еще в детстве, когда он вымолил от страшной болезни свою маму. Она осталась жива.
Алина: Сейчас мы услышим еще одну нашу поэтессу, которая пронзительно и с любовью пишет о святых. Творчество Елены Русановой, интересного, самобытного поэта и прозаика, автора ряда книг поэзии и прозы, лауреата различных литературных конкурсов, охватывает достаточно много самых разных тем. В сборнике представлены стихи о Святой Царской Семье, которую Елена сердечно почитает. В её подборке перед нами возникают живые образы святых царственных страстотерпцев. Сейчас она прочтет нам несколько своих произведений.
***
Где ипатьевские стены
Превратились в каземат,
Над землёй благословенной
Свечи звёздами горят.
В храме строгом и просторном,
Вознесённом до небес,
Дух живой и непокорный
Четырёх святых невест,
Цесаревича терпенье,
Скорбь святейшего царя
И за весь народ мученья,
Понесённого не зря,
Боль в глазах императрицы.
И, как голубь, кротость их…
И не ведали убийцы,
Что прославили святых.
***
Тихи были голоса их:
«Вот и прибыли в Сибирь».
Пять немеркнущих красавиц,
Царь и отрок богатырь –
Цесаревич злато сердце,
Что болел за весь народ,
За Сибирь, за нас, поверьте,
И за весь славянский род.
Эти люди претерпели
Заключения кошмар
Дни разлуки, ночь расстрела,
Клеветы и лжи пожар.
Но Господь смотритель правды,
Им свидетель сохранён,
Знавший крепко не с парадной, –
С чёрной лестницы имён
Царских чистое свеченье.
– Их семья была свята, –
Так сказал он с облегченьем,
Что и сам был у креста,
До конца был рядом, близко
И до смерти предан был.
Дождь рассеивает брызги,
Пароход в Тобольск отплыл...
Будет там сменяться стража –
Всё грубее и грубей.
Только узники не скажут
Слова грубого о ней,
Слова злого, лишь молитва
С тихой болью будет плыть.
Их невидимую битву
Как невидимую нить
Мы ещё оценим сердцем,
Мы ещё поймём умом,
Мы ещё за них ответим –
Постоим за русский дом.
Тюмень, 2015
***
«Сыграйте нам!» – распахивают двери, –
«Так скучно с вами здесь по вечерам!»
Жара. И караульщики не верят
Ни в Бога, ни в Царя… «Ну что вы там?»
Охранники дымят, не подбирают
Приличных выражений, шутят зло.
И вот княжны великие играют.
Как будто это Царское Село,
Все счастливы, и всё вокруг родное,
И кажется, что липы зацвели …
А Екатеринбург охвачен зноем.
И тени туч сгущаются вдали.
На нашем вечере выступала матушка Татьяна Каширина с группой певчих, сердечно благодарим их за это прекрасное песнопение.
Алина: Творчество яркого, талантливого поэта Елены Любимовой-Семерджиди можно с уверенностью назвать истинно народным, пронизанным чувством православного единства. Она не только прекрасный поэт, но волонтёр и общественный деятель. Кроме духовности её стихам присущи подлинные патриотические чувства, в основе которых настоящая, искренняя любовь к Родине. С момента начала СВО Елена принимает активное участие в гуманитарных проектах, является постоянным участником агитбригад выступающих на фронте перед бойцами. Она ездит на Донбасс, на фронт, буквально рискуя жизнью – поэтому стихи ее дорогого стоят!
Каждому крест свой дано понести
Хочешь — не хочешь, веришь — не веришь,
Но перед Богом придётся стоять,
Будут ли заперты главные двери,
Или познаешь ЛЮБВИ благодать.
С чем ты придёшь после долгих скитаний,
Чем оправдаешься ты перед Ним,
Бог попустил тебе много страданий,
Чтобы тебя сделать другом своим.
Тяжесть болезней, тюрьма или голод,
Груз клеветы и насмешки зевак,
Крест одиночества, сумрак и холод,
В рваном кармане последний пятак.
Ты не ропщи, только веруй и помни,
Каждому Крест свой дано понести,
Бог подставляет смиренным ладони,
Чтоб человеку не сбиться в пути…
И Бог не попросит взамен ничего
Последнее слово будет за Богом,
Последнее слово будет за Ним,
Когда ты устанешь идти по дорогам
Средь вечного холода сумрачных зим.
Закончится бег твой по кругу, по кругу,
Заплачет душа от скитаний земных,
Протянет Господь всемогущую руку,
ЛЮБОВЬ запоёт средь немой тишины…
Тогда ты узнаешь, что жизнь бесконечна,
Поймёшь, что напрасно бежал от себя,
Захочешь найти высоту поднебесья,
Жалея о том, что прожил не любя.
Придешь на порог с тем, что нажил за годы,
Надеясь на милость благую Его,
Получишь в награду — ЛЮБОВЬ как свободу,
И Бог не попросит взамен ничего…
* * *
Глаза непокоренного Донбасса
Смотрели на меня с той стороны,
На снимке мальчик из седьмого класса,
Он знает всё про ужасы войны.
Он видел смерть, но прячет свои слезы
И не боится пуль и темноты,
Не помнит он, что значит просто грёзы,
Забыл про сны и ночи тишины.
Забыл он про соседей и про детство,
Про игры во дворе и на лугу,
Война ходила близко, по-соседству,
Жила с ним не во сне, а наяву.
Война украла бабушку и папу,
Остался он лишь с матерью сейчас.
Мальчишка заплатил большую плату,
Жизнь пишет для него не тот рассказ…
Рассказ окончен, эпилог написан,
Но не могу избавиться и я
От этих глаз, рассказ мной перечитан,
А мальчик смотрит прямо на меня.
Он смотрит на меня совсем не зная,
Что будет дальше с ним, каков удел.
Война украла детство, ведьма злая,
Он восемь лет смотрел на беспредел.
Глаза непокорённого Донбасса
На фотоснимке застывает он -
Тот самый мальчик, из седьмого класса,
Он знает, что Донбасс не покорён!
Светлана: Поэзия Елены Темченко уже достаточно широко известна российскому читателю. Она автор нескольких поэтических книг и исполнитель музыкально-поэтических композиций, лауреат литературных конкурсов и руководитель творческого объединения и арт-проекта «Поэзия жизни», организатор ежегодного литературно-музыкального фестиваля «Есенинские встречи», Пасхального музыкально-поэтического фестиваля «Открывая сердца». Поэзия Елены – это лирика в лучшем классическом русском стиле, сочетающая в себе духовные и нежные природные мотивы, присущие поэтическому языку нашей Родины.
Русский язык
Русский язык – заповедная высь,
Животворящее слово…
Древние корни твои вознеслись –
Света и мира основы.
Ижица, Веди, Мыслете – творцы,
Каждая буква – дыханье.
Твердо, Омега и вечная Рцы –
Неизреченная тайна.
Снова качает веков колыбель
Радость – покров твой незримый.
Из древнерусских возникли земель
Буквы твои – херувимы.
Пламенный меч их – Глагол и Добро,
Пушкинских строк сотворенье,
Сила молитвы, живое перо,
Божие благословенье…
Радость
А я свои не запирала сны...
Ещё молчали утренние птицы.
И наливалось солнце, чтоб разлиться,
И снились реки в длани тишины...
Они несли в своих лучах мосты,
Они учили нас ходить по водам...
И расцветали гроздья небосвода,
И были так безбрежны и чисты...
Пусть новый день готовил нам побег,
Нетерпеливо расплетая тени.
Мы не искали неземных видений,
Блуждая в тихом озареньи рек...
И ни следов не видели, ни дна,
А лишь волшебной глади покрывало...
И это утро радость утверждало,
Соединяя явь с дыханьем сна...
Найди свой сад
Найди свой сад среди земных сует,
Взрасти мечту свою в его ладонях.
И будет сад твой ливнями согрет…
А ночь придёт чернее и бездонней…
И ты обнимешь сердцем тишину,
Ведущую еще до колыбели.
И ты услышишь тайную струну,
Когда утихнут все мирские трели.
Исчезнет боль… И рукотворность дней
Наполнится невиданным покоем.
Найди свой сад внутри души своей,
И он всегда останется с тобою…
Светлана: Еще одна участница нашего семинара - Ирина Трусова из породы тех поэтов, для которых любовь к Родине - важнейшее направление в творчестве. Не на словах, а на деле проявляется её патриотизм. Автор нескольких книг поэзии и многих публикаций в журналах и сборниках, лауреат литературных премий – Ирина является волонтером, участником Творческого объединения «Купер» при Фонде «Правопорядок – Щит», при поддержке которого проводятся концерты в госпиталях Москвы и ближайшего Подмосковья, а так же на новых территориях Российской Федерации. Её стихи по-настоящему эмоциональные, боевые, искренние никого не оставляют равнодушными. Так получилось, что Ирина сейчас выступает в Отдельной дивизии оперативного назначения имени Дзержинского. И поэтому я прочту ее стихотворение «Дедовы медали».
* * *
Я помню дедовы медали
В обычной банке «Монпансье»,
Мы с братом в них порой играли,
Делили поровну себе:
-Тебе – «Кавказ», мне – «За отвагу».
А орден «Красная Звезда»
Нас провоцировал на драку:
Звезда была двоим нужна!
По-детски, ценности не зная,
Мы банку дедову трясли.
И только позже, подрастая,
Мы кое-что понять смогли.
Дед в объясненья не вдавался
Происхождения наград.
Но в День Победы наряжался
И каждый год смотрел парад.
Он на пиджак с английской клеткой
Крепил всегда «иконостас».
Был «при параде» дед наш редко,
Но гордость распирала нас:
Что воевал, что есть медали,
Высокий, статный и седой...
Эх, дураки, не понимали:
Не будет вечно дед живой.
А дед ушел, как у Бернеса,
С небесным клином журавлей.
Закончилось на этом детство,
На первой смерти из смертей.
Я дедовы храню медали
Давно не в банке «Монпансье».
Пусть что-то я о них не знаю,
Зато я знаю о себе:
Что не предам я память деда,
Страну за доллар не распну.
И в Светлый Праздник - День Победы-
К «Бессмертному полку» примкну!
25.09.2017
ДВОЕ
Их стояло в храме двое,
Каждый думал о своём.
"Хорошо, что не такой я,
Как пришедший в Божий дом
Тот вдали стоящий мытарь!
Десятину в храм даю,
Не пропойца я немытый,
В постный день не ем, не пью!" -
Так молился в храме Богу
С гордым видом фарисей
И про сборщика налогов
Думал:"Вот же прохиндей!".
Тот, глаза поднять не смея
К бесконечным небесам,
Не смотря на фарисея,
Не смотря по сторонам,
В горькой скорби безутешной,
Побывав душой на дне,
Повторял:"Я, Боже, грешник!
Будь же Милостлив ко мне!".
Ударяя в грудь рукою,
Мытарь каялся во всём.
... Их стояло в храме двое.
Каждый думал о своём.
02.02.2026
РУСЬ
Времена судить не берусь.
И в истории всё не ново.
Есть два слова - Святая Русь -
Два простых неделимых слова.
А за ними - тысячи лет
Меж озёр и холмистых линий,
Князь Владимир да Пересвет,
Храма в Суздале купол синий,
Поле боя в Бородино
И хрустящий лёд под тевтонцем,
И в Европу Петра окно
Под суровым балтийским солнцем.
И за эти тысячи лет
Каждый век окроплялся кровью
Новых войн и русских побед,
Материнской слезой да вдовьей.
Солонеет новая соль
В двадцать первом лихом столетьи,
И куют Победу 2.0
Девяностых расстрельных дети.
"Умираю, но не сдаюсь", -
Пишут парни снова и снова.
Вот что значит "Святая Русь",
Два простых неделимых слова.
15. 09.2025
Алина: Сейчас Ирина Митрофанова прочтет нам свой рассказ. Ирина тоже окончила Литературный институт. Они втроем со Светланой Бондаревой и Светланой Рыбаковой посещали семинар Михаила Петровича Лобанова. У Ирины Митрофановой уникальная, тонкая, художественная проза. Автор умеет вести рассказ интересно и занимательно, но в тоже время мудро, с обаянием подлинно народного сказа. Ирина – прозаик, журналист, преподаватель. Её проза была опубликована во многих альманаха и сборниках, вышел дебютный сборник рассказов Ирины Митрофановой «Неловкие души». Мы поздравляем Ирину с выходом в этом году новой книги «Куда уводят мечты».
Кукла Катя
У нее было маленькое и очень складное тельце, пухлые ножки с круглыми коленками, очень аккуратные ступни с пяточками как у настоящего ребенка. Грудка, ручки, локотки… Пожалуй, только пальчики не совсем естественно растопырены. Глаза карие с густыми мягкими ресницами, маленький, курносый нос и пухленький ротик, и такое живое, естественное выражение лица… Может, я просто её так запомнила. Сейчас столько этих кукол любого возраста: от младенцев до замужних леди, но какие-то они всё равно сделанные. Порой сходство с живым человеком поражает, но все равно ведь кукла, а не человек.
Катя тоже не была человеком, она была человечной куклой. Живой игрушкой, со своей пусть игрушечной, но, все же, живой душой. Мы виделись только летом, всё остальное время Катя ждала меня на подоконнике, упершись резиновым лбом в стекло, и когда мы приезжали, встречала меня радостным взглядом. Интересно, о чем она думала, гладя, как облетают листья, подергивается рябью сизая гладь прудов, а потом весь наш маленький палисадник засыпает снег. Как-то я заметила, что в Катиной кудрявой шевелюре появились белые волоски. Может, она поседела от того, что надо было так долго ждать. Но в её глазах никогда не было грусти, или она мне её просто не показывала.
Я оставила её в том маленьком деревенском домике, покрытом черным пупырчатым рубероидом. Мы просто бросили и этот дом, и этот участок, поскольку бабушка была уже совсем больная и проводить лето со мной в деревне не могла. Думали, приедем на следующий год, потом – опять на следующий… Так и не приехали. Бабушка умерла, а мы приобрели другой участок, там были озера полные рыбы, а в той деревне, где и осталось лишь три жилых двора, папе и порыбачить-то негде было, в мутных, мелких прудах водились лишь лягушки.
Что же было дальше с Катей. Может, её съели мыши. Или она сумела убежать, скиталась с облезлым меховым медведем и голышом Ванькой по заброшенным садам и огородам, может, они даже сумели построить какой-то шалаш или нору вырыли, сумели схорониться. Им же главное, чтобы не мокро и негрязно, тепла-то и еды не надо. Не люди ведь…И почему она до сих пор стоит у меня перед глазами, в синем платье, растопырив свои смешные ручки, смотрит тепло и радостно – дождалась. И почему я тогда не взяла с собой, я бы тебе, Катя, и платье сшила новое, лучше чем у всех этих Барби или как там их еще… И волосы бы тебе покрасила, и сидела бы ты у меня на столе, я бы рассказ о тебе писала, а ты бы подсказывала, если я что подзабыла, и смотрела бы своими теплыми, живыми глазами и радовалась бы… Прости, не увидимся мы больше. Никогда…
Однако встретились. Не сразу её узнала. Она была уже совсем взрослой. Жила в маленьком домике с огородом в три сотки. Было удивительно, как на таком маленьком участке может вырасти столько всего, и стать таким большим. Эта огромная круглая свекла напоминала муляж. Такими же живыми муляжами были и тыквы, и кабачки, и даже арбузики, арбузами в полной мере их нельзя было назвать, поскольку получались они в итоге небольшими, но очень аккуратными. Крыльцо и растянутый тент увивал виноград, и эти спелые гроздья, смотревшие на нас сверху, когда мы ужинали на улице, казались мне похожими на элементы декоративных люстр, которые я однажды видела в магазине. Кукла Катя жила не одна, их было четверо. Её муж совсем не напоминал супруга Барби. У него был большой, гордый живот, который он не стеснялся выпячивать и довольно приятная, подвижная физиономия. Во всех его движениях чувствовалась какая-то бойкая обстоятельность. Их сын-школьник тоже был упитан, но в меру. Он представлял собой очень определенный типаж здорового смышленого подростка, выращенного на всем натуральном. А еще у них был дедушка, старенький, седой, хромающий и добрый. Своей мужественной хрупкостью он напомнил мне стойкого оловянного солдатика.
Вообще, во всем этом замечательном, ни на что непохожем месте «Балаклава» было что-то игрушечное. Эти горы, бухты, катера вдоль набережной, белые, словно из пастилы, коттеджи и гостиницы напоминали ожившие декорации. Будто я попала в очень яркий, красочный макет, а он оказался не из пластика, а из живой материи.
Кукла Катя пила коктейль из розовой банки и что-то говорила мне сначала про поэта Андрея Белого, потом про то, что Бог создал нас для себя и мы ему нужны так же, как и Он нам. У нее были маленькие, почти детские руки и очень её, эмоциональная жестикуляция, она становилась такой кукольно-очаровательной, когда начинала рассуждать о том, что её действительно волнует.
Я думала, что после тридцати уже невозможно найти настоящих друзей, но моя кукла Катя ожила, выросла во взрослую женщину, умную, талантливую и чуткую. Но что-то в ней осталось от тех далеких времен, когда она была самой человеческой куклой на свете.
Алина: Друзья, сегодня мы с вами услышали многое, напитали свои сердца музыкой, поэзией и прозой, но кое-чего недостает. Наша дорогая Светлана еще не поделилась с нами своим творчеством – а она прекрасный писатель, сказочник – на ее сказках, уже опубликованных, я между прочим воцерковлялась – и летописец. Она умеет заметить интересное и написать о нем там, где другой пройдет мимо, ничего не заметив. Она автор 11 книг, составитель литературных сборников. Часто публикуется в периодических изданиях, ее произведения читают на радио. Неоднократный лауреат Славянского литературного форума «Золотой Витязь», номинант литературной премии «Писатель года». На «Международном конкурсе современной духовной художественной литературы “Молитва”» ее наградили «Диплом Лауреата 1-й степени в номинации “Проза”» и «Специальным призом имени святого праведного Павла Таганрогского за лучшее прозаическое произведение о святых местах» – иконой святого праведного Павла Таганрогского.
Света, прочтите, пожалуйста, хотя бы одну сказку.
Светлана: Благодарю за добрые слова. С удовольствием прочту «Сказку о любви».
На краю лесной опушки стоял маленький хорошенький домик. В нем жила добрая семья: бабушка, папа, мама и Маша, их любимая дочка и внучка. Папа был моряком, поэтом полгода ходил по морям и чужим странам.
Бабушка вязала носки. А мама работала почтальоном – развозила людям газеты, журналы, письма и поздравительные телеграммы. С письмами от близких в дома приходила радость. Маша росла жизнерадостной, послушной, любила петь песни и работать в саду. Так они и жили.
Однажды в саду появился какой-то странный колючий кустик. Девочка решила, что это роза, и обрадовалась: «Наконец-то у меня распустятся прекрасные цветы и будут радовать всю округу».
Мама очень удивилась: “Откуда бы взяться розам?” Бабушка тоже в это не поверила. А девочка ни о чем другом и думать не могла. Ей хотелось вырастить этот куст, и когда он распустится, подарить маме с бабушкой самый красивый цветок. «Папа приедет и тоже обрадуется!» - Думала вдохновленная своей мыслью девочка.
Маша всерьез взялась за дело. Каждое утро, еще до завтрака, она бежала в сад, поливала розу, рыхлила землю. И куст в благодарность девочке прилежно рос.
Бабушка сокрушалась и выговаривала внучке, что сначала надо позавтракать, а потом по саду бегать. Но на девочку никакие уговоры не действовали.
Через некоторое время, когда кустик разросся, мама с огорчением узнала в нем обыкновенный татарник – ничем не примечательный садовый сорняк. «Что же теперь будет?» – думала она, глядя, как ее дочка днями напролет не отходит от этой колючки, полет вокруг нее травку, собирает гусениц. В особо жаркие дни даже зонтиком накрывает.
– А может, это не роза? – нерешительно начинала мама грустный разговор, но дочка всегда ее останавливала:
– Да что ты, мамочка. Посмотри, какие у нее листья и шипы, совсем как на картинке в альбоме. Нет, это самая настоящая роза. Я в этом твердо уверена.
Скромный колючий кустарник в ответ приветливо покачивал своими веточками.
И вот, после стольких дней забот и ожиданий, появился огромный бутон. Теперь девочка совсем не отходила от него. «Наконец, – думала она, – я увижу свой цветок. Представляю, как обрадуются мама с бабушкой. Ах, быстрей бы он распустился».
– Надо же, свалился нам на голову этот татарник, – вздыхала бабушка, – может, выкопать его, а на этом месте посадить настоящую розу?
– Машенька заметит, – отвечала мама. – Что делать – ума не приложу.
Но представьте себе, в одно прекрасное утро девочка как всегда выбежала в сад и увидела на обыкновенном колючем кустарнике огромный белый цветок розы. Он склонил свою пышную голову перед заботливой хозяйкой, а его тонкий аромат наполнил весь сад.
– Распустился! Мама, бабушка, распустился!
Мама с бабушкой стояли на крылечке веранды и не верили своим глазам. Но это был не сон, злосчастная колючка действительно расцвела.
Девочка смеялась и пела от радости, а потом сорвала долгожданный цветок и принесла его маме.
Все были счастливы. На татарнике больше не появлялись розы, но Маша продолжала заботиться о нем. Бабушка подарила ей на день рождения несколько розовых кустов, за которыми она ухаживала с радостью.
А тот любимый и такой желанный цветок до сих пор стоит в маминой комнате – не увядает и с каждым днем становится красивее.
Если не верите, можете приехать и посмотреть сами.
Алина: Благодарим, дорогая Светлана.
Алина: Поэтическое слово – это гармония, которая сама по себе музыкальна. Но когда стихи и музыка встречаются, рождается песня. Наш праздник посетил поэт, исполнитель, музыкант, ведущий телеканала «СПАС» Александр Галицкий. Это человек, чей голос и слово объединяют веру, искусство и современность. Александр известен своим глубоким и искренним подходом к творчеству, верой и любовью к России.
В числе работ Александра несколько документальных фильмов и сериалов. Он член Союза писателей РФ, Союза литераторов РФ, лауреат Международного литературно-медийного конкурса им. Олеся Бузины (Москва, 2021), Всероссийского фестиваля духовной поэзии «Покровская свеча» (2024) и многих других.
Участник фронтовых бригад и проекта «Культура в помощь Донбассу», гуманитарного движения «Кресты Победы». Автор 5-ти поэтических сборников, является голосом телеканала «Доверие», пишет музыку, гимны и песни для организаций, кино и мультфильмов, для других артистов. Проводит благотворительные и духовно-патриотические выступления, является ведущим массовых мероприятий государственного масштаба.
Попросим его спеть!
Александр поет.
Светлана: Александр, сердечно благодарим Вас за прекрасные песни, Вы украсили наш праздник!
